Сон Вероники

— Держи спину прямо! — В который раз услышала Эйприл. И слова были подкреплены неслабым ударом.

Руки уже не держали меч, он стал такой тяжелый и неповоротливый. Эйприл пыталась вложить в удар все тело, отчего по ногам пробегали судороги и плечи просто горели огнем. Она перевела дыхание.

— Все не могу больше, — она опустилась на песок и закрыла глаза. Неожиданный укол пониже спины заставил ее вскочить.

— Солнце еще высоко! — то ли с шуткой, то ли с угрозой сказал сенсей.

— Еще пару сотен ударов и ты свободна. И хитро так улыбнулся, поигрывая мечом.

Эйприл отвернулась, чтобы учитель не увидел на лице ее минутную слабость. Разулась, сняла перчатки, покрепче обхватила меч поближе к эфесу, крутанула его, ища баланс и встала в стойку.

Учитель немного постоял и отвернувшись ушел в хижину. Уже поздно вечером, лежа на берегу Эйприл в полудреме все считала удары и ее тело, точнее тело второго внимания, все продолжало шаги, повороты и удары.

Так она незаметно погрузилась в странный сон. Она лежала все там-же и слышала голоса. Разговаривали трое собеседников. Их голоса отдавали металлическим тембром, словно из старого приемника.

— Она никогда не научится меня крутить не роняя.. — с обидой произнес один голос.

— У неё нет не чувства равновесия, не понимания сути движений.

— Ну со мной у ней все в порядке,- голос был тонкий и звонкий. — Она метает меня из любого положения и не разу не промахивалась. До нее был чудик, он мне всю рукоятку раздолбал, гад.

И Они наперебой стали спорить.  Эйприл, стараясь не чем не выдать своего присутствия, слегка приподнялась, растягивая это движение и стараясь изменять положение тела в соответствии с движением ветра. Как учил ее сенсей.

К ее удивлению ,около потухшего костра сидели, если так можно выразиться, трое персонажей. Ее большой меч, малый меч спутник — Вакидзаси и метательный нож — Кунай. Они уже начинали горячиться, споря с друг другом.

— Она не видит в нас ничего кроме отполированного куска железа! — С обидой говорила катана. — Держит меня словно дрова рубить собирается. Мой путь должен быть не сколько рубящим, я ей не топор, а с протяжкой, режущий.

— А движения непрерывными! Одно проистекает из другого, а не так — удар и какое то нелепое ожидание. — Чего? Пока её башку не снесут?

И они дружно заскрипели.

—Видимо смеются надо мной, —закипая, подумала Эйприл. Она быстро встала и направилась к этой веселой тройке.

Они притихли. Кунай постарался втихушку вползти в ножны, но на полдороги передумал. Ему то чего боятся? С ним как раз у хозяйки проблем то и нет.

Эйприл молча подошла. Немного постояла и поклонившись взяла в руки оба меча. Они притихли и очень удобно словно сами устроились у ней в руках. Кунай совсем выбрался из ножен и с обидой смотрел на нее.

Сперва движения были неуклюжими. Но Эйприл словно ощущала потоки сил исходящие из мечей. Они словно подсказывали ей динамику ее движений. Поворот, удар, блок и не прерывая направления удар. И легкий переворот в ладони лезвием вниз.

Вакидзаси только тонко взвизгнула от неожиданности. Сверкающий круг из двух лезвий отразил большую луну.

Проснувшись, Эйприл долго лежала под впечатлением от сна, или не совсем сна? Она тихо встала. Тело хотело движений.

Когда сенсей вышел из хижины, по привычке собираясь облить ее водой для утренней бодрости, взгляду ему представилась удивительная картина.

Его непутевая ученица плавно двигалась играя, другого слова тут не приходило на ум, одновременно двумя мечами. И было видно, что ей не мешает не ветер, порывы которого поднимали и кидали в ее лицо песок, не распущенные волосы, хлеставшие ее по глазам.

Сенсей, тихо улыбаясь, молча скрылся в хижине, не желая мешать. Советы его были уже лишними. Но перед этим написал на песке простую истину.

Научить нельзя, можно только научиться.